Поддержать программу
Спорт на Дожде
13:45
3 апреля 2013
Спорт

Организатор матча Россия-Бразилия: «Я не понимаю, откуда такой интерес к алкоголю»

Расписание
Следующий выпуск
12 декабря 20:00
понедельник: 20:00
вторник: 01:00, 08:00, 13:00
Финансовый кризис в Российском футбольном союзе продолжается. Правда, долги организации составляют на данный момент 500 миллионов рублей, а не 800, как было раньше. Но за спиной  РФС по-прежнему нет крупной госкомпании, которая спонсировала бы футбол.

«Газпром» отказался продлевать контракт с организацией ещё в ноябре прошлого года. Переговоры со «Сбербанком», которого также планировал привлечь РФС, зашли в тупик.

Вдобавок скандал разгорелся вокруг товарищеского матча Бразилия Россия, который был сыгран в прошлый понедельник  на лондонском стадионе «Стэмфорд Бридж». Вчера Федеральная антимонопольная служба возбудила дело в отношении ВГТРК по факту незаконного размещения на рекламных щитах рекламы алкоголя. Встречу организовывала компания «Телеспорт», которая также обладала всеми коммерческими правами на этот матч. «Телеспорт» – давний партнер РФС, именно он занимается поиском финансовых партнеров организации.

У нас в студии глава этой компании и бывший коммерческий директор РФС Петр Макаренко. К разговору также подключилась наш спортивный обозреватель Мария Командная.

Зыгарь: Кто в итоге размещал эту алкогольную рекламу на трансляции из Лондона?

Макаренко: Если объяснять коротко, люди, которые занимаются организацией футбольных матчей, прекрасно понимают, что матчи делятся на домашние и выездные. У каждого матча есть «хозяин». Именно хозяин и является владельцем всех коммерческих прав, телевизионных и всех иных прав на данный матч. Хозяином была компания Pitch International, которая является давним коммерческим партнером бразильской конфедерации футбола. Именно она являлась организатором матча и владельцем всех прав.

Зыгарь: Именно она, получается, вмонтировала названия алкогольных брендов в телетрансляцию?

Макаренко: Являясь хозяином матча, компания могла делать все, что ей взбредет в голову, в рамках законодательства той страны, где проходил матч.

Командная: Получается, все алкогольные бренды, которые рекламировались во время этого матча, напрямую взаимодействовали с компанией Pitch International или все-таки они взаимодействовали с ней через вашу компанию?

Макаренко: Мне кажется, все люди, которые смотрят футбол, достаточно часто смотрят матчи национальной сборной, которые она проводит не всегда на территории России, а примерно половина проводится за рубежом. Всегда происходит одно и то же. Всегда владелец матча является владельцем рекламы. Являясь владельцем рекламы, старается продать ее именно той компании, которая заплатит.

Зыгарь: Но никогда не было такого, чтобы ФАС инициировало расследование против ВГТРК. Прецеденты не совсем годятся, потому что это новая реальность, когда реклама размещена не на стадионе, а виртуальном образом.

Макаренко: Как раз территориально реклама была размещена именно на стадионе. Вся новая технология, которая применялась, базово направлена была на принципиально другие вещи. Первое – нужно было получить улучшение качество рекламы, второе, учитывая, что в матче участвую две команды, каждая из них имеет своих собственных рекламных партнеров. В нашем случае с Бразилией была большая сложность, что основной партнер бразильской национальной сборной Nike, которая финансирует сборную Бразилии давно и в особо крупных размерах, примерно такого же рода отношения связывают Российский футбольный союз с компаний Адидас. Вещи взаимоисключающие. Поэтому технология делалась для этого. Практически во всех футбольных матчах часто возникают проблемы с наличием взаимоисключающих спонсоров у двух сторон. Сигнал делится на две страны. В нашем случае на Бразилию и Россию.

Зыгарь: Я правильно понимаю, что в недалеком будущем у нас один и тот же матч, который будет транслироваться на Бразилию, там будет затираться логотип Адидаса, а если он идет на Россию, там будет затираться логотип Найка?

Макаренко: Вы немножко неправильно формулируете, но базово понимаете правильно. В идеальном варианте это технология подразумевает, что есть техническая возможность выдавать на десятки стран, где транслируется матч, таргетированную рекламу, направленную на аудиторию, находящуюся в данной стране.

Зыгарь: Получается, если в Танзании канал-вещатель получит деньги от танзанийской компании, то он сможет пририсовать на грудь футболистам ее логотип?

Макаренко: Совсем не так. Матч проходил в Лондоне. Надо платить компании-организатору.

Зыгарь: Если Pitch International получает из Танзании деньги, то пририсовывает футболистам любой логотип?

Макаренко: Единственное требование – соблюдение законодательства страны, в которой проходит данный матч.

Макеева: Получается, что ВГТРК каким-то образом транслировала не тот матч, не тот сигнал передавал.

Макаренко: ВГТРК, как и во вех случаях, осуществляла съем сигнала со спутника, сформированного в Лондоне. По существующей юридической практике и по контрактным обязательствам ни одна вещающая компания не имеет права при международных футбольных матчах вносить в матч никаких индекционных правок.

Зыгарь: То есть судебных перспектив у этого дела нет, просто ФАС погорячилась.

Макаренко: Я комментировать действия ФАС не буду.

Командная: Сколько было всего картинок?

Макаренко: 3. Бразилия, Россия и международная.

Зыгарь: Интересно, какие напитки были на мировую аудиторию.

Макаренко: Любой организатор коммерческого мероприятия заинтересован в некой коммерческой выгоде, и он будет продавать рекламу тем, кто заплати  больше, билеты тем, кто может заплатить больше. Это естественно. Все остальные компании, которые показывали, просто осуществляли съем сигнала в готовом виде, сформированном на стадионе.

Командная: Вы будете летом организовывать товарищеский матч сборной России со сборной Аргентины. Будете ли вы пользоваться этой технологией, будете ли вы производить картинку для нашей страны, для Аргентины и для остального мира? Технология позволяет?

Макаренко: Технология на то и технология, чтобы позволять действовать в любой стране.

Зыгарь: А законы российские позволяют?

Макаренко: Вопрос в том, что мы, создавая картинку, будучи организаторами матча, мы должны соблюдать законы той территории, на которой мы организовываем матч.

Зыгарь: То есть много картинок будет, но алкоголя не будет.

Макаренко: Я не очень понимаю, откуда такой интерес к алкоголю.

Зыгарь: Хочется, на самом деле, эту тему закрыть и перейти к деньгам РФС. Подобные манипуляции смогут ли как-то существенно поправить материальное положение РФС на таких играх?

Командная: Есть ли РФС какая-то выгода от того, что во время трансляции сборной России показывают пиво на стадионе?

Макаренко: Я стесняюсь сказать, но это не может поправить даже ваш бюджет, не то что бюджет РФС.

Зыгарь: То есть такие мизерные деньги.

Макаренко: Разница между рекламой алкоголя и рекламой неалкоголя, которая законным образом выдается с территории тех стран, составляет в цене от 30 до 40%.

Командная: Хочется вернуться к проблемам с финансами РФС, почему они начались только сейчас? Почему у организации нет генспонсорства?

Макаренко: У РФС есть основной спонсор – это компания Адидас.

Зыгарь: Мы говорим про то, что мы все привыкли к тому, что за футболом стоит мощная госкорпорация, которая является основным донором. Недавно такой донор у футбола был, а сейчас сплыл.

Макаренко: Я не очень понимаю, за какое время вы успели привыкнуть, потому что Газпром работал  с РФС два года.

Зыгарь: До этого был Абрамович.

Макаренко: Он не был спонсором, он помогал по конкретным делам. Он участвовал в оплате конкретных, проводимых РФС программ.

Зыгарь: Я правильно понимаю, что сейчас РФС является независимой общественной организацией, до которой государственным гигантам в общем-то нет дела?

Макаренко: Не знаю, я не могу предсказывать будущее  и не готов отвечать за государство. Любые федерации, коих в мире насчитывается свыше двухсот, в любом случае ориентируются на собственные силы, а государство должно помогать тем, кто в этой помощи нуждается.

Зыгарь: На чем собирается зарабатывать РФС?

Макаренко: На том же, на чем и раньше, - на своем коммерческом продукте.

Зыгарь: РФС влез в долги. Если бы он на том же, на чем и раньше, он был бы благополучен.

Макаренко: Ваше благосостояние зиждется на двух моментах: на доходах и расходах. Если вы, сохранив свои доходы, втрое увеличите расходы, ваше благосостояние поменяется. Я не вижу кардинальных перемен за исключением того, что две или три компании перестали сотрудничать. На мой взгляд, в большей степени проблемы в расходах.

Командная: Когда президентом РФС был Сергей Фурсенко, Газпром готов был спонсировать эту организацию. У Толстых нет олигархов за спиной. Может ли человек, у которого нет личных отношений с олигархами в России, стоять во главе такой организации, как РФС?

Макаренко: Вы считаете, что любую организацию в нашей стране может возглавлять только человек, который дружит с олигархами?

Зыгарь: Это не мы так считаем, нам кажется, что так устроена жизнь.

Макаренко: Меня огорчает ваше представление о жизни. РФС – организация, которая может существовать без обязательной дружбы руководителя с каким-то конкретным олигархом. Это вопрос менеджмента организации, потому что необязательно, чтобы основным деньгодателем была компания, основным собственником которой является государство.

Командная: То есть финансовые проблемы РФС – это проблемы плохого менеджмента Николая Толстых.

Макаренко: Я не могу нести ответственность за менеджмент РФС. Моя компания занимается привлечением спонсоров, рекламодателей, улучшением доходной части бюджета РФС.

Зыгарь: Привлечете в ближайшее время нового спонсора РФС?

Макаренко: Мы этим занимаемся. У нас достаточное количество спонсоров, которых мы привлекли и за счет которых на сегодняшний день существует РФС.

Командная: Почему со Сбербанком не удалось договориться?

Макаренко: Понятия не имею, я в этом не участвовал.

Командная: Если бы вы в этом участвовали, все бы получилось?

Макаренко: Вы меня опять тянете предсказывать будущее.