Лекции
Кино
TED BBC
Лидер СБПЧ: «Самое фиговое, что с нами делают политики — они крадут наше время. Они того не стоят»
Кирилл Иванов о том, как на его глазах НТВ стал жестоким, баттлы — рекламным «майонезом», а новости — наркотиком
Смотреть
46:58
0 21221

Лидер СБПЧ: «Самое фиговое, что с нами делают политики — они крадут наше время. Они того не стоят»

— Синдеева
Кирилл Иванов о том, как на его глазах НТВ стал жестоким, баттлы — рекламным «майонезом», а новости — наркотиком
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

В гостях у Натальи Синдеевой — лидер группы Самое Большое Простое Число Кирилл Иванов. Он рассказал о том, как работал на НТВ и как стал свидетелем ожесточения канала, почему считает политику наркотиком и как она высасывает из нас время, что не так с действиями государства по отношению к наркотикам и как рэп-баттлы стали «майонезом» для телевидения.

Программа «Синдеева» перемещается по Москве, и сегодня мы в еще одном бутике Bork — на Смоленке. И в гостях у меня сегодня друг телеканала Дождь, музыкант Кирилл Иванов, лидер группы «СБПЧ — Самое Большое Простое Число». Привет, Кирилл.

Привет, Наташа.

Ты в одном из интервью сказал фразу, которая мне очень понравилась: «Я какой-то момент понял, как стыдно быть тупым». Скажи, в какой момент ты это понял, скажи, это в каком возрасте случилось, и что ты после этого сделал?

Наверное, это было в каких-то, не знаю, лет в 7-8.

А как ты это понял? Знаешь, у меня же вопросы все время, ты же через себя пропускаешь, дети растут, понимаешь?

У меня тоже сыну скоро 11 лет уже. Ну как-то я вдруг почувствовал это внутри как что есть, с одной стороны, классная жизнь во дворе, жеребятина, скачки, я обожаю это. Любая вещь…

Ты же такой хулиганистый, мне кажется, парень.

Любая вещь, которая связана с тем, что можно ходить колесом или стоять на голове, или сделать поперек вообще всего, все, что… когда дали линованную бумагу, я напишу поперек, это супер, я фанат. Но еще как будто бы я вдруг почувствовал, что есть какая-то совершенно другая жизнь, какая связанная с тупым не в смысле, что я какой-то стал невероятно башковитый, сижу тут вот так вот, и у меня перевешивает башка, нет, я такой же тупой и остался, в смысле тупым в каких-то чувствах, в том, насколько ты можешь побыть наедине с самим собой.

Ты в 7 лет это понял?

Я это почувствовал, что вот есть еще какая-то жизнь другая. Дети очень рано это понимают. Поэтому, не знаю, такие есть…

Что могло побудить тебя к этим мыслям? Я не знаю, там, у вас в семье появлялись какие-то люди, которые говорили на умные какие-то темы, или кто-то появился…

Я с этим постоянно сталкивался, да. У меня мама художница, и я все время в какой-то оказывался компании людей, которые полупьяные обсуждают чего-то такое как будто бы важное. У меня с тех пор к таким компаниям идиосинкразия, я в детстве наелся этого. Но тогда это вызывало у меня невероятное уважение. Потому что есть какой-то другой внутренний мир, какой-то еще, он твой собственный.

Но ты, смотри, пошел учиться в классическую гимназию: латынь, древнегреческий. Это был твой выбор, ты осознанно?..

Да, мне очень захотелось туда пойти. Я познакомился с одним… я занимался в танцевальном кружке танцами и даже пытался поступить в академию, в Вагановское училище в Петербурге, но у меня широкая кость, меня не взяли сразу. И как-то я даже про это думал: какое счастье, что этого не произошло. Я на этих танцах познакомился с парнем, который учился в гимназии, и из каких-то разговоров я понял, что это какое-то другое место, где какие-то другие отношения между учителями и учениками, где тебе не приказывают, где ты узнаешь что-то, чего бы ты не узнал. Но в то же время, когда я поступил туда, то у меня на протяжении всей учебы было мощнейшее не отторжение, но я над этим смеялся, я ходил дополнительно на всякую классическую литературу, еще на что-то, еще на что-то, но при этом я смеялся над парниковостью этого, мне хотелось ходить играть в баскет с пацанами. Я помню, каким мне казалось несправедливым и нелепым, когда к нам пришла как-то учительница на замены, и она сказала: «Ребята»… Это был какой-то невероятный солнечный денек, и я сидел и смотрел в окно, и вот мы, что-то ты на латыни читаешь в оригинале, переводишь. И она говорит: «Ребята, поймите, вот там вот бегают мальчишки какие-то, какие же они несчастные, что никогда в жизни не читали Катулла в оригинале». И я думаю: «Как же ты сошла с ума, какое же это безумие, что ты так серьезно…».

У тебя все-таки получалось как-то совмещать, с одной стороны, эту вот энергию, желание…

Да, я очень много играл в баскетбол. Очень много играл в баскетбол.

Потом ты поступил на медицинский факультет университета. Тебе что-нибудь вообще в жизни пригодилось из этого — латынь, древнегреческий, медицинский.

Ну как пригодилось. В смысле какого-то… Пригодилось в том смысле, что это как физкультура, ты как-то тренировал голову, ты как-то разминал мозг свой так или сяк. Медицинское, наверное, ни в чем не пригодилось, я почти ничего не помню.

То есть ты просто закончил. Ты его закончил?

Я не закончил, я год не доучился.

Бросил?

Да. Но я уже понимал, что я не буду этим заниматься. Пригодилось в том смысле, что это невероятный опыт практический. Самое интересное, что для меня было во время учебы — это возможность ходить по ночам дежурить, договариваться по скорой помощи. Ты приходишь, договариваешься со старыми профессорами, которые там дежурят, и вот ты сидишь там, полночи байки, полночи ассистируешь на операции. Это просто невероятно крутой жизненный опыт. Просто ты…

А почему, тебе не захотелось, ты понял, что это не твое?

Читать
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?
Комментарии (0)

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Фрагменты
Другие выпуски
Популярное
«Мы можем вдохновляться техно и Бахом»: Кирилл Рихтер о том, как сделать инструментальную музыку модной