Лекции
Кино
BBC
Укрощение внутреннего психа: ужасы нашей неграмотной коммуникации, и как их исправить
Читать
17:09
0 18732

Укрощение внутреннего психа: ужасы нашей неграмотной коммуникации, и как их исправить

— Психология на Дожде

В новой лекции «Психологии» коуч и бизнес-тренер Юлия Бурлакова объясняет, почему мы порой не можем сдерживать свои эмоции при общении с другими людьми и дает несколько советов о том, как, контролируя разные процессы в своем мозге, научиться извлекать пользу из разговора даже с неприятным вам человеком.

Здравствуйте. Я Юлия Бурлакова, профессиональный сертифицированный коуч, психолог-консультант, тренер и бизнес-тренер. Я хочу сегодня вас порадовать или не порадовать, темой — коммуникации. Она сложная и простая. Сложная как раз потому, что мы заблуждаемся в том, что считаем ее простой. Общение — это то, с чем мы рождаемся, и наш первый крик — это уже первая коммуникация с миром. Нам периодически кажется, что я все про это знаю, и я умею качественно, эффективно, здОрово и здорОво общаться с другими Homo sapiens. Не тут-то было, в основном это мы с вами делаем не по науке, не эффективно, обижая друг друга, отдаляясь друг от друга, не достигая тех целей, которые могли бы себе ставить в коммуникациях и не ставим. И я тут совершенно не исключение, несмотря на то, что у меня за плечами пятнадцать лет личной психотерапии, и я сама преподаю и веду тренинги по коммуникации, я тоже иногда в этом деле встречаю свои провалы.

Например, когда меня захватывают эмоции, и тогда я прихожу усталая домой и вижу там гору невымытой посуды, хотя такое, к чести моей семнадцатилетней дочери, все реже и реже происходит. И что вы думаете, я, как цивилизованный бизнес-тренер говорю сбалансированную обратную связь? Сбалансированная обратная связь — это когда я сначала говорю нечто хорошее, аргументированно, конкретно, предметно: «Доченька, какая ты молодец, что ты так здорово сделала сольфеджио!» — она очень любит музыку и сольфеджио. — «И при этом было бы важно, если бы ты нашла время и на то, чтобы помыть посуду тоже». Это вот я вам сейчас рассказала такую технику бизнес-коммуникации, она действительно повышает эффективность в управлении, вы можете ею пользоваться, когда вам важно что-то до кого-то донести в цивилизованной манере, и так, чтобы действительно донести до другого человека, что вам очень-очень нравится в том, как он делает, и почему, а также что важно ему исправить и почему, по вашему мнению. Так вот, я так не делаю, когда меня захватывают эмоции. Что, как вы думаете, я делаю? Я повышаю голос, как нецивилизованный коммуникатор, неэффективный. Я начинаю кричать: «Да что это такое! Мать еле приползла от усталости, а ты что же…». Это неэффективная коммуникация, потому что ни одного подростка никогда в мире это не убеждало. И что же с этим делать?

Есть замечательная книга психиатра Марка Гоулстона «Я слышу вас насквозь». У него основной блок того, что он пишет о коммуникации, называется «Как успокоить внутреннего психа». Вы знаете, это очень такой гуманистический, как мне кажется, эффективный подход, потому что Марк все свои книги пишет о том, что главная сложность в общении — это каждый из нас сам. И вот пока мы не укротим своего, того самого внутреннего психа, мы не сможем давать ребенку-подростку сбалансированную обратную связь, как то нам велит делать эффективная коммуникация. Мы так и будем кричать, от усталости, от раздражения, и это сделать гораздо легче, только вот отношения это не создает, и общение не эффективно.

Но мы же не сдаемся с вами, да? Нам важно все-таки научиться себя, может быть, сначала чуть-чуть искусственно, перевоспитать в тот стиль общения, в котором мы, например, управляем своими эмоциями. А как успокоить того самого внутреннего психа? К счастью, психология и коучинг очень долго над этим работают, и есть огромное количество техник, методов и подходов, как себя, прежде всего, вводить в состояние того коммуникатора, который общается с другим человеком, знаете, пользуясь корнем из русского слова общение, это значит, «общ», находить общее друг с другом так, чтобы общаться. Представляете, какая мощнейшая подсказка есть в великом и могучем русском языке. А еще общаться так, чтобы это в итоге создавало взаимоуважение, это тоже очень ценное слово с точки зрения понимания сути эффективной коммуникации, потому что в слове уважение есть корень «важ», это значит, когда я общаюсь с тобой, я важна, и ты важен, и у нас такие две симпатичные короны на голове, каждая из которых ничуть не меньше одна другой, и мы оба важны в этой коммуникации. Представляете, какое чудо, и сколько удовольствия и вдохновения получают люди, когда общаются именно таким образом.

Но, возвращаясь к внутреннему психу, делать это непросто, потому что у нас те области мозга, которые отвечают за наши спонтанные реакции, особенно за сильные негативные чувства — гнев, раздражение, презрение, они возникают у нас гораздо быстрее, чем та самая осознанность, которая позволит мне в ситуации раздражения еще и вспомнить, как там эта техника коммуникации применяется, представляете, так чтобы я еще это сформулировала цивилизованно. Как же я могу это цивилизованно сформулировать, какой частью мозга, если меня несет, если тот самый внутренний псих сейчас рулит мною?

Но тут немножечко нужно знать об устройстве мозга. На самом деле, это важно знать каждому из нас в XXI веке. Если очень упрощать и вспомнить такую типологию отделов мозга нейрофизиолога Маклина, еще в начале шестидесятых он ее изобрел, и по ее поводу идет много-много споров, но тем не менее, в качестве первого знакомства с мозгом это довольно удобная описательная схема. У нас с вами есть древнейшие отделы мозга, им десятки миллионов лет. И рептильный отдел мозга, он всегда настроен на то, чтобы сканировать реальность — безопасна она для нас или опасна. И чаще всего, если у нас с вами здоровый рептильный мозг, он решает, что все довольно-таки опасненько, так мы с вами выжили как биовид.

Потом эта ретикулярная формация вот этой самой рептильной системы передает дальше сигнал, в лимбическую систему, которая уже начинает включать эмоциональные и гормональные наши реакции, и там рождаются какие-то наши чувства — страха, ненависти, презрения и прочих светлых переживаний, когда нам в коммуникации показалось, что что-то не так пошло. И начальник при всех, например, вздумает меня критиковать. Это он, кстати говоря, неправильно делает с точки зрения менеджмента, но тем не менее. Я, все мое рептильное существо в этот момент, древнее, которое научилось выживать, оно это воспринимает как опасность.

А вот уже дальше этот сигнал передается в самую юную, самую медленную часть мозга, которая называется неокортекс, ей всего два миллиона лет. И она действует-то всего-навсего со скоростью 40 байт в секунду, в отличие от тех древних, которые реагируют со скоростью 11 мегабайт в секунду. Представляете, намного-намного они древнее, быстрее, и на самом деле во многом пока рулят они.

И вот психиатр Марк Гоулстон нежно, вежливо, подробно и научно обоснованно рекомендует нам выращивать реакции своего неокортекса до автоматизма так, чтобы в ситуации нашего раздражения и гнева мы могли нашим этим, более древним, структурам сказать: «Эй, замедлись, пожалуйста». И обратите внимание, пожалуйста, что сейчас я говорю про слово «замедлись». И вот именно ситуация паузы, когда вы что-то считываете для себя как небезопасное, неприятное, и вот вы уже готовы вскипеть, вот в этот момент замедление как раз способствует тому, чтобы наш неокортекс все-таки включился, несмотря на мощные, быстрые, оперативные и очень мудрые реакции наших рептильных формаций. Мудрые не в том смысле, что он сознательно это придумал в этот момент, а потому, что они способствуют нашему выживанию.

Но иногда мы с вами это можем. На своих тренингах я обычно привожу такой пример. Представьте себе дорогу, узкое пространство под мостом, и меня обгоняет вообще зверски, хамски и очень оперативно некий неприятный мне молодой человек. Я включаюсь, моя агрессия, мой рептильный мозг не дремлет, и я догоняю его на ближайшем красном сигнале светофора, как вкопанная, с визгом встаю рядом с ним, нажимаю на кнопочку, чтобы уже на него нагневаться и совсем нецивилизованно общаться в этот момент с ним. И он то же самое делает, тоже с готовностью к конфликту. И вот мы, два примата, которые готовы друг на друга рефлексировать. Тому ли я учу на своих тренингах по коммуникации? Нет, не тому.

Но, смотрите, к вопросу о замедлении. Пока я нажимаю на кнопочку, меня каким-то образом трансово успокаивает вот эта картинка медленно съезжающего стекла, и я вспоминаю о парадоксальных техниках коммуникации, как раз о том, что именно когда вам что-то не нравится, важно найти искреннюю, сбалансированную и прежде всего позитивную обратную связь. Звучит парадоксально, и вам сейчас может совершенно не понравиться то, что я говорю, вы тогда перечитайте это не в моем изложении, а именно в изложении первоисточника, книги Марка Гоулстона, где он говорит — парадоксальным образом похвалите человека. Он называет эту технику «эмпатический удар». Тут важно не врать, ни себе, ни собеседнику. И я говорю этому «красавцу», в кавычках: «Молодой человек, вы такой динамичный водитель», то есть я ему как бы говорю о том, что он делает такое, некое позитивное. И у него в этот момент ломается программа, потому что он ожидал скандала, он ожидал «наезда» и конфликта, а тут, в общем-то, лицо женского пола делает ему комплимент, и тогда, получается, что надо вступать в какой-то другой паттерн поведения. И он расплывается в улыбке, неожиданно сам для себя, это видно, как борются мимические мышцы на его лице, и говорит: «Спасибо».

Но мне же очень важно дать и другую часть обратной связи, мне же очень важно до него донести, что мне хотелось бы, чтобы он изменил в своем поведении. Поэтому я говорю: «Но, вы знаете, что…». Нет, тут «но» лучше не говорить, мозг в этом момент напрягается. Лучше говорить: «И при этом, вы знаете, мы, можем быть не такими динамичными водителями, как вы, поэтому, пожалуйста, особенно в таких страшных местах, не обгоняйте таких водителей, как я». И он извиняется, и это и было целью моей коммуникации. И здорово, что тогда мне это удалось, не всегда мне это удается, не через конфликт, не через агрессию, не через как бы деградацию своей личной культуры до уровня обидчика, а через приподнимание культуры, которую мы в этой коммуникации с ним производит, как два цивилизованных примата, до какого-то уровня, который я считают неким таким ценным для себя.

И в конце мы прощаемся, и довольные друг другом, как два цивилизованных примата, разъезжаемся каждый по своим делам, с похорошевшим настроением у каждого из нас. Вот, друзья, когда я научусь в 100% сложных коммуникаций так реагировать, я просветлюсь, видимо, окончательно, и буду вам вещать нечто подобное с нимбом вокруг моей головы. Но так не всегда, потому что у мне же есть рептильный мозг, он не дремлет.

Для того, чтобы вы могли чаще это производить в своей коммуникации, очень рекомендуются любые техники замедления, когда вам с кем-то непросто. Это дыхание, это опускание кнопочки в автомобиле, это размышление и визуализация, прямо в ходе конфликта. Мне очень нравится у другого автора Дениеля Шапиро в книге «На эмоциях», у него приведена такая техника, она называется «Лифт». Вот, знаете, кто-то на вас орет, деструктивно-деструктивно, а ваша задача не включиться рептильными мозгами на его рептильные мозги, потому что если человек кричит, он чаще всего себя не контролирует, а включиться максимально в свой цивилизованный неокортекс. Но сделать это сложно. Поэтому вы представляете себе, знаете, как в кино, картинка расширяется, и это уже включает неокортекс, каждая визуализация, это то, чем мы отличаемся от животных, у нас есть неокортекс, и он может визуализировать желаемое. И вы себе представляете, что вы с этим собеседником малоприятным входите в красивое здание, в котором много-много этажей, и вы поднимаетесь с этим неприятным вам пока собеседником до самого верхнего этажа этого здания, я не знаю, сколько вам там надо, нафантазируйте, 12, 20, 50. И с каждым этажом вы все больше размышляете о том, что вызывает такое его поведение. Таким образом, кстати, вы прокачиваете свой навык эмпатии, а это нам тоже всем не помешает.

И все больше проникаясь состоянием этого человека, это не значит прощать или принимать, это означает просто видеть больше контекста в этой в этой коммуникации, вы поднимаетесь до самого верхнего этажа, и дальше так же медленно спускаетесь с ним. И визуализируете, как вы отодвигаете от себя весь тот негативный фон, которым страстно желает вас этот человек наградить, никак не оценивая то, в каком он сейчас состоянии, может, у него не было любящей бабушки, или, может быть, он не удосужился дойти до психотерапии, или, может быть, у него вообще экзистенциальный кризис.

И вот вы начинаете медленно-медленно спускаться вниз с этим человеком, никак не оценивая, почему он себя так ведет, что у него произошло, может быть, у него не было бабушки любящей в детстве, может, он не удосужился пойти на психотерапию, ваша главная задача в этот момент — позаботиться о себе, сознательно войти в контакт с собственным неокортексом. Вы можете даже себе это проговаривать, вы можете себе в этот момент говорить, что дорогой Акакий Феоктистович, я не включусь в свой рептильный мозг в связи с тем, что ты на меня орешь, я просто путешествую с тобой по лифту, наверх и вниз. И дальше вы из этой визуализации можете перейти, например, в какое-то приятное для вас пространство, которое для вас является местом силы, я имею в виду опять-таки в своей визуализации: берег озера или моря, на котором вы отлично проводили время в детстве, что угодно. И там заниматься своим дыханием, просто выдыхать этот стресс, чтобы ни в коем случае его на себя не прилепить, потому что каждый стресс — это нагрузка на эндокринную систему. Каждый стресс мы, к сожалению, берем в кредит у собственных жизненных сил, у своего физического и психологического здоровья. Это важно понимать, потому что мы никогда не знаем, когда он сдетонирует окончательно, и мы можем заболеть.

Теперь возникает вопрос, а как быть с тем Акакием Феокстистовичем, который на вас в тот момент орет? Потому что он-то с вами по лифту не путешествует, и он, может быть, даже не видел этого выпуска передачи, и он не в курсе, что вообще-то перед каждым из нас есть ответственность со своим внутренним психом работать, нести за него ответственность и перевоспитывать в сторону цивилизованного примата. В этой ситуации важно из «Я-позиции» говорить о том, что вы намерены завершить коммуникацию. Не общайтесь с людьми, которые находятся в деструктивном состоянии, там нет собеседника, вам там не с чем вести в этот момент диалог. Что значит из «Я-позиции»? Уважаемый Акакий Феоктистович, я понимаю, что вы сейчас на меня гневаетесь. Я не могу обсуждать вопрос нашего отчета за полугодие в таком тоне, поэтому я вас пока покину, и давайте вернемся к этому обсуждению, когда как-то мы все будем готовы общаться в спокойном режиме.

То, что я сейчас говорю, может вам показаться какой-то блаженностью, что ли, или нереалистичностью, но когда вы начнете применять эти техники цивилизованной и эффективной коммуникации все больше и больше, вы увидите, как меняется культура вокруг вас. И вы совершаете определенным образом культурную революцию. Найдите для себя просто классные, вдохновляющие, позитивные, может быть, в чем-то эгоистические поводы — я просто не хочу, чтобы Акакий Феоктистович нагружал мою гормональную эндокринную систему, мое здоровье, своим криком. Болезный, пусть кричит, пусть сходит к своему коучу, но я в этом не хочу принимать участие. И чем больше будет у него, в его среде таких людей, которые не будут играть в эту культурную норму, тем больше вы все вместе будете меняться. Это не эзотерика, не магия и не гуманистическая чушь, это то, как меняется коммуникация между двумя людьми, это просто техника. И я вам очень желаю ее обрести, потому что это полезно для здоровья, это полезно для ваших карьерных результатов, для семейных систем, ну и просто для хорошего общего самочувствия и качества жизни.

Читать
Комментарии (0)
Другие выпуски
Популярное
«Дудь и Баженов сделали из меня того, кто я есть сейчас». Режиссер Юрий Быков — о России, власти и компромиссах