Почему на выборах в британский парламент проиграют все.

Самый полный путеводитель по битве за власть в Соединённом Королевстве
Новости
7 мая 2015
3 883
0
Поделиться

Сегодня в Великобритании пройдут парламентские выборы, в ходе которых к власти может прийти новое правительство. При этом результат выборов в меньшей степени зависит от традиционных крупных партий, и судьбу британской политики решают малые политические силы.

Партийный кризис

Политический ландшафт Великобритании на протяжении последних десятилетий формировали две крупнейшие партии — правоцентристская Консервативная, придерживающаяся неолиберальных экономических подходов, и условно левая Лейбористская, методы которой располагаются посередине диапазона между «свободным рынком» и этическим социализмом.

В 80-х «левые» последовательно проигрывали Маргарет Тэтчер и Джону Мэйджору, а в 90-х после крушения выстроенной консерваторами экономической системы лидерство в Лейбористской партии захватили «Новые лейбористы» во главе с Тони Блэром. Они пришли к власти в 1997 году на волне повышенных ожиданий, позиционируя себя как современную «партию идей и идеалов, не идеологий», которая обеспечит предоставление качественных госуслуг без существенного повышения налоговой нагрузки. Сам Блэр стал, по выражению журналиста Эндрю Ронсли, «первым премьером-звездой». 

Личная популярность нового премьер-министра позволила ему провести ключевые «левые» реформы: ввести понятие минимальной оплаты труда, восстановить некоторые из упраздненных правительством Тэтчер прав трудящихся, а также провести масштабную «деволюцию» (фактически федерализацию) власти — британское правительство уступило часть полномочий парламентам Шотландии, Уэльса, Северной Ирландии и Лондона.

В то же время вскоре на правительство Блэра обрушилась мощная критика в связи с проведением непопулярных рыночных реформ в социально-экономическом секторе, которые должны были радикально улучшить ситуацию в образовании и здравоохранении, но обернулись лишь незначительными улучшениями. Участие британских войск в войне в Ираке и близкое сотрудничество Блэра с президентом США Джорджем Бушем усилили внутрипартийный раскол и подломили популярность лейбористов, которые побеждали на выборах в 1997 и 2001 годах с серьезным преимуществом — а уже в 2005 году им с трудом удалось обеспечить большинство в парламенте. 

В 2007 году Тони Блэр ушел в отставку с поста лидера партии и главы правительства, уступив эти посты многолетнему канцлеру казначейства Гордону Брауну. Новому премьеру не удалось остановить растущее в британском обществе недовольство многолетним правлением лейбористов и надвигающейся экономической рецессией, и на выборах в 2010 году политическая ситуация в стране кардинально изменилась. 

Консерваторы во главе с новым лидером Дэвидом Кэмероном разгромили лейбористов и увеличили свое присутствие в парламенте до 306 мандатов под лозунгами прекращения расточительных бюджетных затрат на неэффективные программы в социальном секторе. Но для формирования правительства тори были нужны 326 мест, и в условиях «подвешенного парламента» им пришлось вступить в коалицию с либерал-демократами Ника Клегга. Коалиции в Великобритании до этого не формировались на протяжении 36 лет, и произошедшее стало свидетельством нарастающего недоверия избирателей к политическому истеблишменту.

Синие

За прошедшие пять лет правительству Дэвида Кэмерона переломить эти настроения не удалось — более того, к концу его правления роль ключевых политических сил примерили на себя шотландские левые националисты (SNP) и ультраконсервативные евроскептики из «Партии независимости Соединенного королевства» (UKIP). Шанс остаться в резиденции на Даунинг-стрит у Кэмерона остается, поскольку его партия по-прежнему пользуется самой существенной поддержкой в общем исчислении.

Основным предвыборным нарративом для консерваторов и поддерживающей их прессы ожидаемо стали успехи правительства в стабилизации британской экономики. Пришедшие к власти в разгар экономического кризиса, казначейство во главе с аристократом Джорджем Осборном провело масштабные сокращения издержек, несмотря на критику лейбористов, предрекавших катастрофические показатели снижения уровня жизни, рост безработицы и инфляции.

Результаты оказались противоречивыми: с одной стороны, экономика демонстрирует рост на 2,4% (лучший темп в Еврозоне прошлом году), с другой — в первом квартале этого года рост составил лишь 0,3% на фоне ситуации с мировыми ценами на нефть, а госдолг за годы борьбы с кризисом вырос почти вдвое до 1,56 трлн фунтов стерлингов (81% от ВВП). Дефицит по текущим операциям наблюдается в четырех странах «большой семерки», однако британская экономика в этом отношении лидер (5,5% от ВВП и единственная с серьезным ухудшением показателей).

Данные отчета Национального статистического бюро за май (PDF)

Инфляция остается практически на нулевом уровне, а безработица снизилась до самого низкого с начала кризиса уровня в 5,6% — менее 1,9 миллиона человек. На первый взгляд, это успешные показатели, однако реальность оказывается не столь радужной: зачастую работодатели предлагают соискателям новых вакансий «нулевые контракты» (zero-hour contracts) с почасовой ставкой без гарантии фиксированных рабочих часов (перед выборами члены правительства попытались провести ребрендинг этого понятия, использовав формулировку «работа с гибким графиком»). По таким контрактам в Великобритании сейчас «работают» 2,3% от общего числа трудоустроенного населения.

Отношение британского избирателя к антикризисным мерам Кэмерона-Осборна напрямую зависит от уровня его доходов. Служба uSwitch.com, специализирующаяся на сравнении цен, приводит данные опроса своих пользователей, 62% которых не заметили перемен к лучшему за прошедший год, а треть заметила только ухудшение; 65% считают, что канцлер казначейства попросту не понимает финансовых опасений рядовых британцев.

За консерваторов традиционно голосуют представители английского этнического «молчаливого большинства» (традиционалистски настроенные жители зажиточных сельских регионов в центральной, южной и юго-восточной Англии, Middle England), а также активные пенсионеры, которым Кэмерон обещает повысить пособие до 7 тысяч фунтов стерлингов в год за пять лет (44 тысячи рублей в месяц по нынешнему курсу). На студентов и молодых людей Кэмерону сложно полагаться, поэтому привлечь их он пытается лишь номинально: 

Красные

Оспаривать право консерваторов на второй подряд срок во главе британского правительства на выборах будет обновленная партия во главе с Эдом Милибэндом, которого противники клеймят «красным Эдом» и даже «коммунякой» (commie). Младший из братьев Милибэндов, занимавший в правительстве Гордона Брауна пост министра по делам энергетики, возглавил Лейбористскую партию после поражения на выборах 2010 года. Он сразу же тщательно отмежевался от «Новых лейбористов» старой закалки, объявив своей главной целью борьбу с финансовым неравенством и улучшение условий жизни беднейших слоев населения.

Роль «красного Эда» Милибэнд исполняет достаточно последовательно, заявляя о своей приверженности идеалам социализма, однако лишь некоторые части его политической программы можно назвать откровенно левыми. Так, он собирается усложнить — но не упразднить — заключение «нулевых контрактов», поддерживает отказ в пособиях молодым безработным, выступает за мягкую версию повышения налогов для крупных корпораций, предлагает несколько ужесточить контроль иммиграции, обещает сократить стоимость образования в вузах, но не так радикально, как это собирался сделать еще в 1997 году Блэр. Свои предвыборные обещания лидер лейбористов даже выбил в камне.

Отсутствие поддержки со стороны молодой аудитории, которая не испытывает иллюзий по отношению к политическому истеблишменту и пассивно относится к выборам, чувствуют обе партии, однако именно лейбористы имеют шанс получить максимальный приток новых избирателей. Дело в том, что накануне выборов Милибэнда поддержал Рассел Брэнд — английский комик, актер и светская звезда, для которого этот шаг стал одновременно неожиданным и ожидаемым. Enfant terrible британского шоу-бизнеса, поборовший наркозависимость, превратился в гиперактивного политического поп-бунтаря в 2013 году после скандального интервью журналисту «Би-би-си» Джереми Паксману, в котором он назвал выборы бесполезной затеей и призвал к революции и масштабному перераспределению капитала. Вскоре его эмоциональные, иронические и подчеркнуто максималистские выступления можно было наблюдать на акциях противников сокращения бюджетных расходов, на которые он призывал выходить 10-миллионную аудиторию своего твиттера. Брэнд стал голосом разочаровавшихся в политике молодых людей, которые хотят социальной справедливости, но не верят в ее достижение имеющимися политическими средствами.

Четвертого мая Брэнд опубликовал на своем канале в YouTube интервью с Эдом Милибэндом, в конце которого призвал своих поклонников голосовать за Лейбористскую партию. Он, как и Джонс, в качестве основной причины называет возможность давления на руководство партии снизу ради облегчения нагрузки на бюджетников и бедные слои населения.

Поддержка лейбористов все последние годы была примерно на одном уровне или чуть выше, чем у консерваторов. В последнее время личный рейтинг Милибэнда резко вырос на фоне агрессивной кампании лично против него в подконтрольной консерваторам прессе. Daily Mail назвала лидера лейбористов «сталинистом» и «клоуном», Sun — монстром и «мокни» (прикидывающийся рабочим классом). Таблоиды без устали высмеивают странности во внешнем виде и поведении Милибэнда, что уже возымело обратный результат: пользователи твиттера в последние дни перед выборами начали кампанию #JeSuisEd, фотографируясь с неприглядными гримасами во время еды. Политика стали характеризовать термином adorkable («восхитительно чудаковатый»), и его рейтинги пошли вверх.

Уход коалиции

Аналитики американского социологического ресурса FiveThirtyEight предсказывают, что наибольшее число мест в парламенте вновь займет Консервативная партия, которая получит примерно 281 мандат. Этот результат существенно хуже предыдущего — минус 21 мандат, однако это не означает, что эти места займут лейбористы. Сторонникам Эда Милибэнда аналитики предсказывают лишь десять дополнительных мест в парламенте и общий результат в 266 мест. «Творцами королей» (kingmakers) в новом британском парламенте станут бывшие партнеры консерваторов по коалиции либерал-демократы и переживающая резкий подъем «Шотландская национальная партия».

Либерал-демократы во главе с вице-премьером Ником Клеггом за пять лет пребывания у власти растеряли большую часть своей популярности и утратили имидж «третьей силы», который позволил им получить 56 мест в прошлом парламенте и выбрать партнера по коалиции. Теперь многие британцы не видят особой разницы между консерваторами и либерал-демократами, которые рискуют потерять больше половины мандатов и получить лишь 27 парламентских портфелей.

Разумеется, либерал-демократы также приписывают себе успешное восстановление экономики. Лидеры партии утверждают, что именно их сопротивление желанию Осборна и Кэмерона провести масштабные сокращения расходов позволило сделать антикризисные меры более мягкими, «прагматичными» и нацеленными на будущее.

Теперь шансы либдемов на участие в правящей коалиции с консерваторами весьма низки, хотя бы потому, что двум партиям не хватит голосов для формирования правительства — для этого силам в «подвешенном парламенте» по-прежнему необходимы 326 голосов. При этом либерал-демократы могут с относительной легкостью поддержать лейбористов, которые придерживаются той же позиции по Евросоюзу. Обе партии не намерены продвигать референдум о выходе из ЕС, в отличие от консерваторов, которые испытывают давление по этому вопросу от своего электората, готового переметнуться в стан радикальных евроскептиков из «Партии независимости». Напротив, либдемы предлагают активнее участвовать в решении континентальных проблем, а многие лейбористы недовольны неучастием британских властей в урегулировании украинского кризиса.

Хаос из-за Стены Адриана

В сентябре прошлого года состоялся референдум о независимости Шотландии, который активно продвигали руководители правящей в регионе «Шотландской национальной партии» (SNP). В результате сторонников выхода из состава Великобритании оказалось меньше: 1,6 миллиона против 2 миллионов. В результате первому министру Шотландии Алексу Салмонду пришлось уйти в отставку, а главой партии и правительства региона стала его давняя соратница Никола Стёрджен, которая пообещала смириться с необходимостью дальнейшей жизни в едином государстве.

С тех пор прошло лишь полгода, однако проявившийся в ходе референдума национальный подъем обернулся широкой поддержкой SNP перед выборами в британский парламент. Традиционно отправляющие в парламент лейбористов шотландские округи теперь практически единогласно собираются голосовать за кандидатов от националистов. По данным FiveThirtyEight, местные сторонники автономии теперь могут рассчитывать на 51 из 59 «шотландских» мест в парламенте — на 45 мест больше, чем пять лет назад.

Перспектива столь серьезного присутствия в «подвешенном парламенте» шотландских националистов вызывает серьезные опасения со стороны консерваторов, которые обрушились с мощным потоком критики как на партию Стёрджен, так и на лейбористов Милибэнда, которые теоретически могут вступить с шотландцами в коалицию. Бывший премьер-консерватор Джон Мейджор уже предостерег от «хаоса», который привнесет в политическую реальность успех SNP. Стёрджен, в свою очередь, не стесняется в призывах всеми средствами не допустить продления правления консерваторов. Давление на Милибэнда оказалось столь серьезным, что ему пришлось открыто заявить, что лейбористы не будут вступать в коалицию с SNP — впрочем, формально это может и не понадобиться, поскольку партии могут заключить договоренность о совместном голосовании по ключевым вопросам.

«Это уже не те выборы, на которых побеждают партии из центра британского политического спектра, — комментирует будущие выборы профессор Джон Кертис из шотландского университета Стратклайда. — Сугубо "британской" политики более не существует».

Консервативная пресса напрямую демонизирует шотландцев, предлагая апокалиптические сценарии в случае их участия в будущей правящей коалиции. «Уже этого достаточно, чтобы опасаться победы Кэмерона, — пишет в Times шотландский публицист Алекс Мэсси. — Если правительство лейбористов при поддержке SNP доставит неприятности Англии, то еще одно правительство тори станет катастрофой для идеи государственного единства в Шотландии».

При этом в стане консерваторов ведутся активные обсуждения линии поведения в «подвешенном парламенте». Кэмерон и его сторонники понимают, что у них мало шансов для формирования правительства абсолютного большинства, однако обдумывают вариант захвата власти «силой»: массированной кампанией в прессе в пользу создания правительства партией с простым большинством мест. Сторонники лейбористов и SNP уже заявили, что не собираются уступать право формирования правительства, поскольку действующая в Великобритании система относительного большинства (first past the post) распространяется только на результаты выборов в округах, но не на распределение сил в парламенте.

А что же UKIP?

«Партия независимости Соединенного королевства» (UKIP) Найджела Фараджа, выступающая с радикально антииммигрантских и евроскептических позиций, считается основной силой, угрожающей влиянию Консервативной партии в среде традиционалистски настроенного правого электората. Благодаря яркой риторике, откровенному популизму и скандалам партия добилась существенной популярности, одержав победу на прошлогодних выборах в Европейский парламент. Перед нынешними выборами сторонники Фараджа требовали от консерваторов проведения референдума о выходе из Евросоюза, который «принимает все важные решения за британцев», взамен обещая поддержку второго правительства Кэмерона.

Таких обещаний UKIP добиться не удалось, а на выборах в британский парламент у партии нет никаких шансов: FiveThirtyEight прогнозирует евроскептикам лишь один мандат.

Здесь важную роль играет британская мажоритарная избирательная система, при которой в Палату общин попадают только кандидаты, получившие большинство голосов в своем избирательном округе. UKIP пользуется поддержкой по большей части на востоке Англии, куда в первую очередь попадают пересекающие Ла-Манш иммигранты, однако кандидаты-консерваторы в этом регионе по-прежнему популярнее. И это несмотря на признанные как лейбористами, так и сменившими их консерваторами последовательные провалы в иммиграционной политике: число приезжих в Великобританию растет (в стране проживают более миллиона иммигрантов из восточноевропейских государств), школы не справляются с числом новых детей, а многих британцев не устраивает получение мигрантами внушительных пособий.

Прогнозы

После разочарования избирателей в «Новых лейбористах» Тони Блэра, сомнительных успехов сменивших их консерваторов Кэмерона и шотландского референдума о независимости политический ландшафт Великобритании необратимо изменился. Система на основе двух крупнейших партий сейчас переживает острый кризис, поскольку неспособна дать ответы на запросы новых «нестандартных» слоев общества.

7 мая британские избиратели изберут второй подряд «подвешенный парламент», в котором ни одна из партий не получит абсолютное большинство для единоличного формирования правительства. Устойчивую коалицию лейбористам и консерваторам создать также будет непросто, однако наилучшие шансы для создания правительства, вероятно, получит Эд Милибэнд, поддержку которому готова предоставить «Шотландская национальная партия» и, возможно, «Зеленые» и уэльская «Плайд Кумри»; также возможна коалиция лейбористов с либерал-демократами Ника Клегга.

Карта: FiveThirtyEight

Проведение переговоров по созданию коалиционного правительства займет время, и пока нет никакой ясности по поводу возможных сроков их окончания. Это может сыграть на руку консерваторам Дэвида Кэмерона, которые могут попытаться сформировать правительство простого большинства.

Ключевыми вопросами, вокруг которых разворачивается межпартийная борьба, стали антикризисные экономические меры, финансирование системы Национальной службы здравоохранения, расходы на социальные льготы и пособия, стоимость и качество образования. Менее активно в ходе предвыборной кампании обсуждались оборона и внешняя политика, которые воспринимаются как второстепенные вопросы на фоне внутренних экономических сложностей.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.