Глава Национальной резервной корпорации Александр Лебедев ответил на вопрос, хотят ли его выжить из России, и рассказал о том, чем бы он хотел заниматься, если придется эмигрировать.

Лобков: А вас хотят выжить из страны, как вы считаете? Вот все эти попытки давления многократные, тем более, знают, что активы у вас какие-то там есть?..

Лебедев: Может быть, кто-то и хочет, но это не то, чтобы единая позиция всего российского истеблишмента. К тому же, я публиковал несколько очень серьезных статей в «Guardian», например, «Financial Times» о том, что Евросоюзу давно пора сделать орган суперуполномоченный по борьбе с международной коррупцией, приравняв ее к апартеиду. Вот я, кстати, идеальный (у меня отличный английский язык, какие-то еще языки) временный глава группы по созданию такого органа. Вот поверьте мне, если я туда буду назначен, как меня назначат спецпрокурор по борьбе с коррупцией или куда-нибудь в ФСБ на серьезную должность, коррупция просто прекратится на время. На время.

Лобков: Вы хотите в ФСБ вернуться?

- Да не ФСБ, а ФБР.

Лебедев: Не, ФБР. Отдельно при Евросоюзе международная организация, не типа Интерпола, который недавно, кстати, выпустили министра внутренних дел Белоруссии, на которого стоит запрет на въезд в Евросоюз. Так он в Лион приехал на заседание Интерпола. Хороши французы! Приехал в Нью-Йорк.

Макеева: У вас план?

Лебедев: Я к тому, если меня выжить за границу, то неизвестно, не проиграют ли коррупционеры серьезно. Здесь я вынужден картошку выращивать, летать Ту-204, отвлекать кучу времени на банк и так далее. Если меня освободить, а я буду обычным гражданином, вы же автоматически мне не доверяете. Грубо говоря, если Лебедев завтра заявит что он Махатма Ганди, скажут: «А он в списке «Forbes»! У, гад какой!. Условно, я не могу претендовать на нормального гражданина из-за этого хвоста «Forbes».

Макеева: Много раз произносили слово «дотирую»; «пытался продать, не получилось»; «это не приносит дохода». А как вы зарабатываете, Александр Евгеньевич?

Лебедев: Я дивиденды получал из банка все эти годы.

Макеева: А у банка сейчас проблемы.

Лебедев: Банк 7 лет платил дивиденды. Я из дивидендов платил налог и прямо с одного счета оплачивал все газеты, всю благотворительность. Мне сейчас приходится, я перевел в прошлом году на журнал «Vogue» 500 миллионов долларов в их фонд на дизайнеров молодых, «Сан Винтер». Вот им сейчас придется передо мной объясняться, куда пошли деньги, а то вдруг они в Госдеп попали.